Текущий год останется навеки достопамятным в сознании православного русского народа. Всколыхнулось живое море русское. В скромном уединенном монастыре Саровском отовсюду собрался под главенством своего Царя-Батюшки православный русский народ, собрался, чтобы почтить прославленного Богом подвижника, а своего молитвенника и печальника - преподобного старца Серафима.

Начались церковные торжества в честь новоявленного угодника Божия и обильным потоком полились благодатные дары исцеления. Вот на самом берегу благодатного источника о. Серафима собралась кучка народа. Среди нее стоит средних лет мужчина. Это- бывший хромой. Он только что получил исцеление и теперь сжигает костыли, без которых не мог сделать и шагу в продолжении двенадцати лет. Теперь они ему уже не нужны, и он уничтожает их, как тяжелое воспоминание о мучительном недуге. Вот приносят на источник хромую девушку. Она издалека прибыла в Саров, нигде не находя помощи от тяжелого недуга, который в течение почти 18 лет держал ее на одре. Долговременная болезнь не поколебала ее твердой веры. Она полна надежд, что святой печальник о народе русском хочет и может помочь ей. Ее глаза уже теперь, при виде часовни над источником, полны слез радости. Она глубоко убеждена, что угодник Божий даст ей исцеление. И твердая, как алмаз, вера не посрамляется. Три раза, по ее просьбе родные окунают ее в целебный источник, и после третьего раза ноги больной крепнут и от тяжелого недута не остается и следа.

Жизнеописание подвижницы было составлено при ее жизни священником Николаем Анатольевичем Правдолюбовым и его братом Владимиром Анатольевичем Правдолюбовым. За эту рукописную книгу ее авторы были арестованы и осуждены на долгие годы лагерей. Авторскую рукопись обнаружил в наши дни в Архиве ФСБ протоиерей Сергий Правдолюбов, настоятель московского храма Живоначальной Троицы в Троицком-Голенищеве.
Матрона Анемнясевская

Матрёна Григорьевна Белякова родилась 6 ноября 1864 года в деревне Анемнясево Касимовского уезда Рязанской губернии. Родители ее, Григорий и Евдокия, были едва ли не самыми бедными людьми в деревне и кое-как вели свое крестьянское хозяйство. По внешнему своему виду они были хилыми, тщедушными людьми и казались какими-то недоразвитыми. Отец много пил и слыл в деревне пьяницей. У них было большое семейство – шесть дочерей и два сына. Три девочки умерли в детстве; Матрёша была четвертою по счету.

До семи лет Матреша была обычным ребенком; как и все дети ее возраста, гуляла и играла со своими сверстницами и подружками. Родители почему-то невзлюбили ее с самого раннего детства. Нерадостна была жизнь ребенка в родной семье, где ей, больше чем кому-нибудь из братьев и сестер, приходилось терпеть обиды, ругань, побои; но еще большие страдания ждали девочку в дальнейшем.

В семилетнем возрасте Матреша заболела оспой. После этой болезни девочка навсегда осталась слепой. Ее обязанностью было нянчить своих младших сестренок и братьев, и слепой девочке было тяжело справляться с этим делом. Однажды десятилетняя Матреша нечаянно уронила сестренку с крыльца на землю.

Пострадавшие за Христа 22 июля (9 июля ст.ст.)

(Лебедев Константин Николаевич, +09.07.1918)

Священномученик Константин (Лебедев) родился в 1884 году. Два года Константин Николаевич учился в Пермской Духовной семинарии, в 1909 году был рукоположен в сан диакона, а в 1912-м — в сан священника. В сентябре этого же года отца Константина определили на священническое место при Пророко-Илиинской церкви Усть-Уткинской пристани Верхотурского уезда.

Перед революцией отца Константина перевели на служение в Спасскую церковь села Уецкого Камышловского уезда. Первый каменный храм в селе был заложен в 1807 году в честь иконы Пресвятой Богородицы «Знамение» и сооружался на средства прихожан. В мае 1863 года в Уецком произошел сильный пожар, уничтоживший почти все село. При пожаре сильно пострадал и храм. Жители, несмотря на то, что сами остались без жилья и имущества, проявили любовь к дому Божиему, собрали средства и восстановили храм. При этом были сделаны новые иконостасы — деревянные, украшенные золоченой резьбой.

Подробнее...

А.А. Мановцев

Предисловие

Святитель Иоанн Максимович, известный горячей любовью к Царской Семье и оставивший слово в ее память, о котором иначе как о «жгущем сердца» не скажешь, неразрывно связывал возрождение России с народным покаянием в цареубийстве. Хорошо помнится в связи с этим один эпизод, бывший еще до прославления Царственных Мучеников в 2000 году, но незадолго. Как-то, во время передачи в прямом эфире, позвонила одна женшина на радио «Радонеж» и – по поводу покаяния – стала упрекать комментатора Виктора Александровича Саулкина: «Это что же? Всем собраться на Красной площади и встать на колени?». Виктор Александрович доброжелательно и спокойно отвечал: «Ну что Вы? Разве в этом дело? Важно то, что происходит в наших сердцах». Прошло почти 20 лет. При дверях 100-летие мученической кончины Царской Семьи. Что же происходит в наших сердцах? Однако к «горестным заметам» мы обратимся не сразу. 

Малоизвестный исторический факт  

Цареубийство готовилось заранее, и одной из составляющих его подготовки была дезинформация, а также создание почвы для последующей дезинформации. Об этом интересно рассказывается в недавно вышедшей книге историка  Петра Мультатули «Император Николай II . Екатеринбургская Голгофа», в основном касательно московской газеты «Новое слово», воспроизводившей разные слухи.